О проекте

Трудно сейчас сказать, откуда возникла идея проекта «Полет над Россией».

С творчеством западных корифеев художественной аэрофотосъемки  начал знакомиться уже  в ходе собственной работы. Конечно, сегодня многие из них служат мне ориентирами.

Классика жанра - книга Яна Артуса Бертрана «Земля, увиденная сверху» - стала одновременно учебным пособием и своего рода стандартом качества.

Я готов часами рассматривать фантастические узоры ландшафтов Исландии и Австралии, запечатленные  Клаусом Франке.

Бесценны уроки профессионализма и мужества, которые  получаю, общаясь с моим другом – канадским фотографом Карлом Хибертом. Более 30 лет назад Карл сломал спину в результате неудачного полета на дельтаплане. Вынужденный передвигаться в инвалидном кресле Карл стал инструктором по полетам на сверхлегких самолетах, перелетел Канаду от Атлантики до Тихого океана на таком самолете и сделал красивейший фотоальбом. (Сверхлегкий самолет – аппарат немногим больше дельтаплана: тканевые крылья на каркасе из алюминиевых труб, мотор и кресло пилота. Приборная панель минимальна. От ветра – щиток, как в мотоцикле.) Сегодня Карл продолжает фотографировать и путешествовать, попутно собирая средства в благотворительные фонды. Собрал уже около миллиона долларов.

Проведя первые годы жизни в комнате без удобств размером в семь квадратных метров, получаешь  как прививку любовь к бескрайним просторам. Помимо этого, почти фрейдистского мотива, могу догадаться, что сильнейшим движущим фактором послужила, как ни банально это звучит, любовь к стране, в которой родился.

Бесконечная череда бытовых и вселенских неприятностей накатывает на нас ежедневными волнами, оставляя несмываемый налет  на хмурых лицах соотечественников.  Очень уж не хочется погрязнуть до конца дней в этой хмури, превращаясь в неизлечимого брюзгу.

Что, спрашивается, делать неисправимому оптимисту?  Сесть в самолет, вертолет, в воздушный шар, наконец, и в который раз самому себе подтвердить: страна-то, в которой я живу, и в самом деле широка и прекрасна!

И, спасибо профессии, в моих ведь силах доставить с небес на землю (с поправкой на меру таланта и удачу) очевидные доказательства этой красоты.

С фотографией, правда, поначалу было не все так гладко, как задумывалось. Не помогло ни альпинистское прошлое, ни основательный опыт пассажира аэрофлота.

Представить себе, что испытывает в полете фотограф, несложно. Оплатите поездок десять подряд на карусели в ближайшем парке отдыха. Не забудьте взять с собой армейский бинокль. Как только карусель наберет скорость – постарайтесь в окуляр рассмотреть окружающую вас действительность, а потом сосредоточиться на какой-либо детали – птичке на дереве или на подруге, которая приветливо машет вам с земли рукой. Если к концу десятой поездки вы сможете уверенно стоять на ногах – вы вполне пригодны и в космонавты, и в фотографы с воздуха. Лично я после первой пятичасовой аэрофотосессии рухнул из кабины самолета мешком в траву.

Глядя с земли на плавный полет тепловых аэростатов, я строил иллюзии, что там-то я б снимал, как в студии. Лети и щелкай. Как оказалось, при каждом поддуве пламени из горелки шар дергает вверх, голову будто прижигают утюгом, а на бесценную аппаратуру спадает жирная копоть. Отдельным приключением стало и первое приземление в роли пассажира аэростата. Молодой пилот уверенно порвал стропами сеть телеграфных проводов и с хорошим ускорением вогнал корзину в болото. Объективы уцелели чудом. (Позже я познакомился с асом воздухоплавания Львом Борисовичем Мавриным. Удивительный мастер – может плавно, как пушинку, посадить шар в открытый кузов УАЗика)

Как оказалось – к нагрузкам привыкаешь. После первой сотни часов, проведенных в воздухе, из неприятных  симптомов остается лишь усталость.

К чему невозможно привыкнуть – так это к фантастическим пейзажам в иллюминаторе. И что б не удалось сфотографировать сегодня – строгий геометрический рисунок Петропавловской крепости, гусиную стаю над разливами Оби или озеро в жерле Камчатского вулкана – спустившись на землю ловлю себя  на одной и той же мысли: «Каким прекрасным был полет!»

Сергей Фомин.